Центральная Азия: новые горизонты для дипломатии

Эксперты России и Центральной Азии обсудили внешнеполитические стратегии региона в новых международных условиях.

События, происходящие в постсоветских странах, вызывают много беспокойства не только у России, но и в мире в целом. Система безопасности, созданная в 20 веке в контексте холодной войны, на сегодняшний момент переживает кризис, и если последнее десятилетие регионом напряженности был, в основном, Ближний Восток, то теперь линия кризисных событий двигается все ближе к европейской границе. В сложившейся ситуации расширение НАТО привело к созданию новой напряженности, которую невозможно игнорировать без пересмотра и переоценки существующих норм безопасности.

Экспертная панель, организованная АНО «Институт исследований Центральной Азии», была направлена на выявление внешнеполитических стратегий России и Центральной Азии в новых условиях. В частности, главным вопросом на повестке дня стало выявление политических и экономических последствий казахстанского и украинского кризисов для всего региона.

Нагнетание исторических фобий.

Так, научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Татьяна Котюкова обозначила, что прожив 30 лет без Советского союза, страны, ранее в него входившие, подошли к определенной исторической развилке, на которой есть два пути продолжения дальнейшего движения. Один из вариантов, по которому могут развиваться события – это продолжение нагнетания исторических фобий, связанных с историей до 1917 года, с советским периодом времени, с конфликтами на территории СНГ и в целом в мире, в которых участвовала Россия в форме миротворческих контингентов. По мнению эксперта, людям, которые родились после 1985 года насильственно навязывается определенного толка «историческая память». Вторая дорога – переход на новый уровень взаимоотношений России и государств Центральной Азии, который позволит нам преодолеть этот комплекс навязанных и реальных фобий, которые имели место быть за многовековую историю. Шансы пойти по этому пути 50 на 50. При этом для всех людей на пространстве как России, так и центральноазиатских республик, действует одно обстоятельство: существует определенное количество мыслящей интеллигенции, которая сделала свой выбор с точки зрения политических и моральных ориентиров не в пользу родины. Этот феномен необходимо изучать, считает эксперт.

Что говорят официальные документы.

В свою очередь, доцент Ташкентского филиала Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Равшан Назаров остановился на том, какие внешнеполитические стратегии официально действуют в странах Центральной Азии. Так, в Туркменистане сегодня основным документом, определяющим внешнеполитический курс, является соответствующая концепция, принятая на 2017-2023 годы. Согласно документу, среди основных целей внешней политики государства на этот период значится конструктивное сотрудничество в региональном и глобальном масштабе во имя всеобщего мира, безопасности и благополучия. Также особое внимание уделяется развитию тесного стратегического партнерства с ООН, укреплению взаимодействия с ОБСЕ, Движением неприсоединения, Организацией исламского сотрудничества и другими международными организациями и в целом со странами всего мира. Кроме того, акцент делается на выработке сбалансированных решений в таких сферах, как энергетика, обеспечение энергобезопасности, создание устойчивой транспортной системы, экология и охрана окружающей среды, продовольственная безопасность.

Что касается Таджикистана, то в действующей с 2015 года концепции внешней политики этой центральноазиатской республики отмечено, что в системе межгосударственных отношений для страны приоритетные позиции занимают соседние государства региона. Таджикистан является сторонником дальнейшего расширения позитивного, многовекового и созидательного опыта дружественного сосуществования народов Центральной Азии. Республика рассматривает взаимодействие и разветвленную региональную интеграцию как важнейший механизм решения экономических, социальных, экологических вопросов и обеспечения мира и стабильности в Центральной Азии.

В качестве приоритетов в концепции внешней политики Кыргызстана, датируемой 2019 годом, обозначены защита независимости, государственного суверенитета и территориальной целостности страны, сохранение мира и стабильности, построение правового государства с парламентской демократией, сохранение единства многонационального народа республики, укрепление национальной и экономической безопасности. Кроме того, прописана необходимость обеспечения безопасности в финансово-экономической, продовольственной, водно-энергетической, экологической, информационной и других сферах. Сделан акцент и на продвижение устойчивого социально-экономического развития и роста благосостояния народа Кыргызской Республики, а также на сохранение и развитие исторических, культурных ценностей и традиций многонационального народа страны.

Казахстан среди центральноазиатских республик имеет самую новую концепцию – на 2020-2030 годы, принятую в марте 2020 года. Среди приоритетов – дальнейшее развитие союзнических отношений с Российской Федерацией, всестороннего стратегического партнерства с Китайской Народной Республикой, расширенного стратегического партнерства с Соединенными Штатами Америки, стратегических взаимоотношений с государствами Центральной Азии, расширенного партнерства и сотрудничества с Европейским Союзом и государствами-членами ЕС. Помимо этого, в числе значимых направлений внешнеполитической деятельности обозначен курс на расширение сотрудничества с организациями в области политики и безопасности в Европе и Евразии – ОДКБ, ОБСЕ, НАТО и другими институтами.

В Узбекистане сегодня действует стратегия развития Нового Узбекистана на 2022-2026 годы, где во главе угла укрепление безопасности и оборонного потенциала страны, ведение открытой, прагматичной и активной внешней политики. Целями в рамках стратегии являются повышение роли страны в качестве равноправного субъекта международных отношений, поднятие на высокий уровень тесного сотрудничества в области безопасности, торгово-экономической, водной, культурно-гуманитарной сферах, а также в области энергетики и транспорта. В их перечень также входит дальнейшее развитие отношений Узбекистана с традиционными партнерами, усиление деятельности Узбекистана в органах и институтах ООН, вступление в ВТО и углубление процессов интеграции с ЕАЭС. Кроме того, в стратегии отмечена необходимость совершенствования нормативно-правовой базы внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности.

Афганистан – по-прежнему фактор нестабильности.

О региональной безопасности Центральной Азии в контексте вывода войск США из Афганистана говорил доцент кафедры международных отношений, мировой политики и дипломатии Казанского федерального университета Роман Пеньковцев. 20 лет миссии США, по мнению эксперта, завершилось полным провалом. Он отметил, что в числе наиболее явных проблем, которые будут длительное время актуальны для региона, находятся проблемы приграничной безопасности, опасность роста религиозного экстремизма, проблема беженцев и вынужденных переселенцев, проблемы наркоторговли, торговли оружием и иных видов контрабанды.

Посттранзит для Казахстана: чего ожидать самой республике и соседям по региону.

Казахстанский политолог Замир Каражанов остановился на вызовах и возможностях для партнеров по региону в связи с посттранзитным периодом в Казахстане. По мнению эксперта, нельзя оценивать январские события в стране сугубо негативно, поскольку они позволили ускорить процесс кадровых перестановок в правительстве и передачи всей полноты власти действующему президенту Касыму-Жомарту Токаеву. Предстоящий этап перемен связан с преодолением сопротивления, есть риск обратимости перемен, утверждает Каражанов. Оплотом сопротивления могут стать госсектор и правоохранительные органы, квазигосударственный сектор, естественные монополисты, финансовые группы и субъекты теневой экономики. Поэтому во многом сегодня будущее Казахстана зависит от работы с элитой с точки зрения отслеживания потенциальных противников перемен и от притока «свежих голов» в элиту общества.

В целом необходимо отметить, что страны Центральной Азии преодолели значительный исторический рубеж. Это тридцатилетие приобретения своей независимости. В их развитии по-прежнему много общего, но есть и существенные различия. Так, Узбекистан пытается за счет дипломатических ходов укрепить свои системные реформы в сфере народного хозяйства. Казахстан же вынужден решать серьезные внутренние проблемы, однако преодоление кризиса января 2022 года с помощью перестройки системы политического управления открывает перед республикой и новые перспективы.

Регион Центральной Азии постепенно расширяется в интерпретациях политиков и ученых к Центральной и Южной Азии. Это говорит о том, что страны региона налаживают новые каналы сотрудничества с соседями, активно взаимодействуют с Индией, Пакистаном, Афганистаном, Монголией и др. государствами. В этой связи нестабильность Афганистана напрямую влияет на безопасность всех стран Центральной Азии. Существенными для стран Центральной Азии являются интеграционные экономические процессы, которые происходят в рамках ЕАЭС. А ОДКБ выступает организационным механизмом по решению внутренних кризисов и проблем центральноазиатских стран. Активная дипломатическая деятельность независимых государств Центральной Азии способствует достижению новых внешнеполитических задач, которые укрепляют политические системы и дают возможности для модернизации экономики.